30 июля в 23:33

В память о летчиках-героях, погибших под Тарасовкой, установлен поклонный крест

В окрестностях Тарасовки на средства пенсионера-краеведа Юрия Шумова установлен поклонный крест на месте трагической катастрофы военного самолета, возвращавшегося с парада в 1952 году. Удивительно, но в 1966 году в Германии наш самолет разбился в похожей ситуации и это стало поводом для написания известной баллады «Огромное небо». После небольшого вынужденного перерыва в общественно-культурной жизни, неординарное событие произошло в Тарасовке. Пушкинский краевед Юрий Михайлович Шумов на свои пенсионные сбережения поставил поклонный крест! Более полувека информация о том, что в районе тогда еще деревни Тарасовка разбился военный самолет, не афишировалась. Мало осталось местных жителей, которые были свидетелями этого события. 1 мая 1952 года фронтовой бомбардировщик ИЛ-28 возвращался с Первомайского парада. При отказе одного из двигателей, за счет своего мастерства, летчики не допустили падения самолета на жилой массив деревни Тарасовка. На предельно малой высоте, 15-тонная машина с размахом крыльев более 20 метров пролетела над деревней и «жестко» приземлилась на луговине. Зарывшись в мягкую почву самолет частично разрушился и загорелся. Экипаж погиб. Старейший пушкинский краевед, житель Тарасовки Борис Иванович Васнев вспоминает об этом дне: «Мы сажали картошку. Вдруг, очень низко, почти над самыми крышами пролетел самолет. Через небольшой промежуток времени услышали взрыв. Соседи, как водилось в деревне, закричали о том, что самолет упал. Мальчишки сразу же побежали в ту сторону, за деревню. К месту падения, для оцепления, уже выдвигались солдаты из ближайшей воинской части. От самолета осталась гореть груда железа. А на одном из ближайших деревьев был виден раскрытый парашют, запутавшийся в ветках». Долгое время о самоотверженности летчиков, которая проявилась в экстремальных условиях, было неизвестно. Благодаря кропотливой и настойчивой работе Шумова Ю. М. удалось установить имена героев, до конца выполнивших свой воинский долг. Это командир воздушного судна старший лейтенант Пермяков В.И., штурман капитан Клюкин В.Д. и стрелок-радист сержант Юшков М.Г. Многолетняя переписка с Министерством обороны, местной властью Пушкинского района и вплоть до администрации Президента результата, к сожалению, не дали! Смысл ответов сводился к тому, что факт падения самолета и гибели экипажа подтверждается. Но это, мол рядовой случай. Аналогичная трагедия в апреле 1966 года на окраине Берлина послужила основой для пронзительной песни «Огромное небо». Ситуация, как под копирку, с авиационным происшествием в Тарасовке. И тоже бомбардировщик – ЯК-28. Но о тех летчиках узнала вся страна, весь мир! Жизнь часто бывает несправедливой. Город в Германии, подумавший, что «ученья идут», был недалек от истины. В тот злополучный день командир экипажа Борис Капустин и штурман Юрий Янов, летчики из подразделения, дислоцированного в восточногерманском городке Финов, получили приказ перегнать бомбардировщик Як-28 на другой аэродром. Когда шли над Берлином, у самолета отказали оба двигателя. Машина стала падать на жилые кварталы... Трагедия оказалась сопряжена с невероятным стечением обстоятельств. Капустин и Янов могли выполнить задание еще утром, но из-за повисших над городом хмурых туч вылет несколько раз откладывался. Лишь в 15.30 в наушниках прозвучал голос диспетчера: «Взлет разрешаю!». После отказа двигателей экипажу удалось отвести самолет за черту города. Летчики приняли решение посадить «Як» на видневшееся неподалеку поле, но это оказалось кладбище, где даже в среду по случаю предпасхальной недели было много народа. На земле уже понимали, что ситуация близка к катастрофической: с аэродрома поступила команда катапультироваться, однако пилоты решили не покидать падающий бомбардировщик. Оставался последний призрачный шанс: посадить его на воду. Оказавшееся в поле зрения озеро Штёссензее как будто предоставляло возможность для экстренного (а точнее, экстремального) приводнения, но на пути возникли дамба и шоссе, заполненное автомобилями. Капустин неимоверным усилием сумел приподнять уже совершенно неуправляемый «Як», однако пролет над дамбой стал последним маневром: самолет резко накренился и ушел в толстый слой ила на дне водоема... Немецкие граждане не могли не оценить подвиг советских героев. Практически каждый город ГДР прислал свою делегацию для участия в траурной церемонии. А тогдашний бургомистр Западного Берлина (будущий канцлер ФРГ) Вилли Брандт отметил: «Они в решающие минуты сознавали опасность падения в густонаселенные районы и в согласовании c наземной службой наблюдения повернули самолет в сторону озера Штёссензее. Это означало отказ от собственного спасения. Я это говорю с благодарным признанием жертве, предотвратившей катастрофу». Указом Президиума Верховного Совета СССР за мужество и отвагу, проявленные при исполнении воинского долга, капитан Капустин Борис Владиславович и старший лейтенант Янов Юрий Николаевич были посмертно награждены орденами Красного Знамени. Подвиг летчиков так потряс Роберта Рождественского, что он посвятил им стихотворение. Поэтическое произведение, вышедшее из-под пера уже довольно известного на тот момент автора, стало стенограммой последних секунд жизни героев. «И надо бы прыгать — не вышел полет, Но рухнет на город пустой самолет, Пройдет, не оставив живого следа, И тысячи жизней, и тысячи жизней, И тысячи жизней прервутся тогда...» С предложением написать музыку на эти стихи Рождественский в 1967 году обратился к Оскару Фельцману. Вот как об этом вспоминал композитор: «Роберт рассказал мне о замысле новой песни. Толчком к ее созданию послужило подлинное жизненное событие. О нем писали в газетах, говорили по радио. Я знал об этом подвиге, но рассказ Рождественского воскресил его с новой силой. На следующий день нами была написана баллада «Огромное небо». Подвиг летчиков, погибших в Тарасовке, остался не только незамеченным, но и практически засекреченным. О нем не упоминали и по прошествии времени, почти забыли. Чтобы сохранить историю подвига военных летчиков для местных жителей и потомков, Юрий Михайлович Шумов заказал материал и изготовил поклонный крест. С помощью поддержавших его начинание коллег по краеведческой работе и соседей, крест установили в поле, на берегу реки Клязьма, практически на месте падения самолета. Через неделю после этого, настоятель храма Успения Пресвятой Богородицы, протоиерей Владислав (Форкавец) возглавил крестный ход от храма в поселке Челюскинский и совершил освящение установленного в Тарасовке поклонного креста на месте гибели экипажа. Спиридон Добротворский

Комментарии:

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.